lidiamp (lidiamp) wrote,
lidiamp
lidiamp

Categories:

Лукоморье (продолжение)

Глава 8

Когда папа понял, что преподавать в школе ему не удастся, он стал искать работу в других сферах.
Учреждения культуры в маленьком городке были наперечёт: четыре библиотеки, музей, редакция местной газеты – вот, пожалуй, и все заведения, где могло пригодиться гуманитарное образование отца… если бы там требовались работники. Его первое высшее образование, техническое, тоже не могло найти применения: в городе не было промышленных предприятий.

Как и везде, устроиться на работу в нашем городе проще было коренному жителю: кругом знакомые, друзья, полезные связи. А все знакомства моих родителей ограничивались коллективом, в котором работала мама. Отец бы охотно устроился в санаторий учителем или воспитателем, но там не было вакантных мест.
- Коля, у нас в санатории требуются только санитары, но эта работа не для тебя, там нужно иметь хорошее здоровье, - грустно говорила мама.

Санитарам приходилось постоянно переносить лежащих в гипсе детей прямо с кроватками – из корпусов на летние веранды, потом обратно, доставлять их на процедуры в другие корпуса и пр. Папа был человеком уже немолодым (пятьдесят лет), к тому же - инвалидом второй группы, с больным позвоночником, и такие физические нагрузки были ему не по силам. Да и не взяли бы на эту работу инвалида.

Кто-то посоветовал отцу пойти на курсы мастеров по обслуживанию автоматов с газированной водой: работа непыльная и специальность востребованная.
В самом начале 60-х в нашем городе стали появляться первые автоматы с газировкой. До их появления газированная вода продавалась на тележках. Считалось, что продавщицы газировки очень хорошо зарабатывают. Когда однажды в разговоре с мамой я упомянула знакомую девочку, у которой было много красивых нарядов, мама сказала:
- Ну что ж ты хочешь, у неё мама – продавец газированной воды.
- А разве у продавцов газировки большая зарплата? – удивилась я.
- Зарплата невелика, зато они по-другому зарабатывают на воде: недоливают в каждый стакан сиропа, вот и набегает приличная сумма.

Стакан газированной воды без сиропа стоил (после денежной реформы 1961 года) одну копейку, стакан воды с сиропом – три копейки. Я недоверчиво выслушала мамино объяснение и подумала: ну какая сумма может набежать, если недолить сиропа на четверть копейки или полкопейки? Ерунда какая-то!
Но это было распространённое мнение, работа продавца газированной воды считалось «хлебным» местом.

И вот появились первые автоматы с газированной водой, а с ними появилась и новая специальность. Требовались работники, умеющие ремонтировать эту технику, следить за её исправностью, заправлять автоматы, а также ежедневно выбирать из них всю накопившуюся мелочь. Дело несложное, нагрузка посильная. И отец записался на курсы мастеров по обслуживанию автоматов с газированной водой.

Помню папины конспекты, написанные его красивым, чётким почерком и начерченную твёрдой рукой схему устройства этого – в моём тогдашнем восприятии - чуда техники, с цифрами и пояснениями под рисунком.
После теоретических занятий последовала практика, которую отец успешно прошёл, но тем дело и закончилось. Устроиться мастером по обслуживанию автоматов с водой, как он ни пытался, ему не удалось. Возможно, конкуренция была высокая, и кроме удостоверения об окончании курсов необходимо было и другое – чтобы кто-то замолвил словечко, позвонил, попросил…
А может, и автоматы мастера настраивали так, чтобы они недоливали сиропа, а отец во время практики обнаружил это и отказался участвовать в обмане покупателей. Это было бы вполне в духе моего папы.

Поиски работы продолжались, а параллельно отец устраивался на временные работы: что-то переводил, занимался репетиторством, подрабатывал в массовках, когда в нашем городе шли съёмки очередного фильма, сколачивал ящики на станции Евпатория-товарная. Были и ещё какие-то разовые, случайные подработки, всего уже не припомню.

Денег в доме всегда не хватало, экономили каждый рубль, крупные покупки у нас были очень редки, поэтому воспринимались мной как огромное событие, как праздник. Про покупку этажерок я уже рассказывала, а следующей серьёзной покупкой стала швейная машинка.

Но до этого было другое приобретение, крупное не по стоимости, а в прямом смысле - по своему размеру.
Вскоре после того, как мы поселились во флигеле на улице Толстого, родители купили бидон из нержавеющей стали литров на 50.

В сети я нашла вот такое фото.



Фотографий всевозможных бидонов в интернете много, но такого, как наш, я не отыскала. Наш бидон имел такие благородные линии, такие элегантные ручки и крышку с застёжкой, что любо-дорого посмотреть! На фотографиях в сети все бидоны как-то проще выглядят. Наш бидон был аристократом среди бидонов.

Сейчас мне эта покупка кажется непонятной, даже загадочной. Для чего была приобретена эта огромная сверкающая ёмкость? Что предполагалось в ней держать? Может быть, воду?

Во дворе имелась водоразборная колонка. Чтобы зимой вода в ней не замерзала, колонка была надёжно укрыта в сооружении, напоминавшем мне дольмены, какие я видела на картинках в книгах. Из передней стенки этого «дольмена» торчал кран колонки.
Так что перебоев с водой у нас не было и в зимнее время.
Но для чего-то же был куплен этот огромный бидон. Для чего?
Причём, я хорошо помню, что в детстве эта покупка не вызывала у меня вопросов, я знала цель её приобретения. А потом со временем забыла. Почему-то очень хочется вспомнить, да не получается.

Бидон занял почётное место в углу второй из комнат нашего флигелька, расположенных «трамвайчиком». Долгое время он стоял пустым, ни для каких целей не использовался. Потом мы приспособили его как подставку для новогодней ёлки.
Елку ставили в бидон, уплотняли старыми тряпками горлышко бидона вокруг ствола, чтобы ёлка не шаталась, потом укутывали бидон лигнином, который мама приносила для этой цели из санатория. Бидон становился похожим на высокий снежный холмик, сугроб, над которым возвышалась наша красавица-ёлка. Под ёлкой на полу можно было сидеть, не пригибаясь: бидон был достаточно высоким.

В остальное время года бидон не использовался, но в сени его почему-то не выносили, хотя место для него там нашлось бы. Бидон был таким красивым, таким сверкающим, таким… значительным. У родителей просто рука не поднималась вынести его в тёмные, без окон, холодные сени. Мы слишком уважали его для того чтобы так с ним поступить.

Мама приспособила бидон для хранения старых тряпок и лоскутков. Мне нравилось иногда копаться в его чреве, извлекая из глубины то старую свою кофточку, которую носила ещё во втором классе, то незаконченную вышивку, то отслужившую свой срок накидку на подушки.

Таким образом, жизнь нашего бидона чётко делилась на праздники и будни. В новогодние дни он был незаменим при установке ёлки, а в остальное время служил хранителем старья, сундуком.
Но это ещё не все повороты в его судьбе.

Родители одного из малышей, лежавшего в санатории в мамином корпусе, работали на стекольном заводе. Они привезли маме в подарок стеклянный графин в форме рыбы. Примерно вот такой:



Только расцветка у подаренной маме рыбы была более весёлая – нежно-зелёные, алые, ярко-жёлтые и абрикосовые разводы по молочно-белому стеклу.
Рыба была не мелкая, если с хвостом - сантиметров тридцать пять в длину. Наверно, в таком графине на стол подают вино. Но застолья у нас в семье случались крайне редко, вино родители не пили, а как посуда для компота рыба была очень неудобна.

Мама не могла не оценить старания людей, которые везли стеклянную рыбу из далёкого города: вещь увесистая, к тому же везти надо было осторожно, чтобы не разбить. Им хотелось порадовать врача своим подарком, и разноцветная, переливающаяся на солнце и отбрасывающая цветную тень на подоконник, где она стояла, стеклянная рыба действительно радовала глаз.
Но возникли и неудобства. Рыба занимала чуть ли не весь подоконник, тесня горшочки с цветами, а другого места для неё не находилось. Пару раз рыбу на узком подоконнике едва не разбили. И когда кому-то из гостей наша рыба приглянулась, мама с радостью подарила её. И мы вздохнули с облегчением: теперь ничто не мешало открывать окно, отпала опасность ненароком разбить рыбу, а наш знакомый будет использовать рыбу-графин по её прямому назначению.

Но жизнь полна неожиданностей.
В следующий свой приезд благодарные родители малыша снова привезли любимому врачу сувенир. От чистого сердца, сказали они, на память.
И извлекли из просторной сумки… стеклянную рыбу.
На этот раз рыба оказалась почти в два раза крупнее предыдущей. Не рыба, а мечта рыболова! В длину она была с полметра, не меньше. И очень упитанная при этом.

Мама принесла рыбу домой и собрала семейный совет. На повестке дня стоял один вопрос: куда определить рыбу. Передаривать кому-нибудь и эту рыбу мама не решилась: родители маленького пациента так искренне, от всей души дарили её, в надежде на долгую память.
Места для огромной рыбины в квартире решительно не было. При том минимальном наборе мебели, который отличал нашу квартиру, это неудивительно. Один кухонно-обеденный стол (часть его занимала электроплитка), ещё один стол, за которым работал папа, а я делала уроки, стулья, спальные места и две этажерки, забитые книгами – вот и вся наша мебель. В кухонном столе – посуда, на печке – кастрюли, под кроватями в чемоданах – одежда, постельное бельё, на полу в коробках – остальные книги. Шкаф для одежды, тумбочка – это появилось у нас намного позже.

И невольно наши взоры устремились к ещё одному предмету мебели. Им давно уже стал наш бидон.
- Там ей будет очень удобно, - извиняющимся голосом сказала мама.
- И мягко в тряпках. Она там не разобьётся, - подхватила я.
- А когда ты захочешь на неё посмотреть или с ней поиграть, ты всегда сможешь вытащить её из бидона, - добавил папа, обращаясь ко мне.
Но он зря беспокоился, я не думала возражать. Мне понравилась идея сделать из бидона аквариум для нашей новой рыбы. Правда, аквариум это был необычный – непрозрачный, металлический. Ну, так ведь и рыба необычная – стеклянная. А вместо водной среды – тряпки и лоскутки.

Так наша Большая Стеклянная Рыба поселилась в бидоне. Жила она в нём много лет. Я выросла, окончила школу, университет, обзавелась семьёй, а Большая Стеклянная Рыба всё жила в стальном аквариуме и плескалась в тряпках.
Время от времени я доставала рыбу, чтобы она не заскучала в своём «аквариуме», любовалась ею и отправляла обратно в бидон.
Под Новый год Большую Стеклянную Рыбу извлекали из бидона, ставили на стол, а бидон на несколько недель становился подставкой для ёлки.

Двор у нас был большой, длинный, с поворотами, на двоих домовладельцев – нашу хозяйку Анну Прохоровну и её племянницу тётю Тосю.
Тётя Тося дружила с молочницей нашего микрорайона и разрешала той завозить бидоны с молоком в наш двор. Наверно, за эту услугу тётя Тося получала от молочницы какие-то преференции.
Каждое утро во двор завозили несколько бидонов с молоком, сгружали их поблизости от ворот, затем молочница отправлялась в обход домов. Певучее «Мо-ло-ко-о-о!» звучало на улице и постепенно удалялось, становясь всё тише.
Я выскакивала из дома с портфелем и, пробегая мимо бидонов с молоком, с удовлетворением отмечала, что в сравнении с нашим красавцем из сверкающей стали алюминиевые молочные бидоны выглядят неказистыми. Ну никакого сравнения!

Через два года после нашего поселения в этом дворе отец заболел костным туберкулёзом. На этот раз очаг был не в позвоночнике, а в колене. Опять гипс, больница, потом санаторий… Болезнь вылечили, но колено осталось немного согнутым, и папа стал ходить на костылях. Ему было сложно зашнуровывать обувь на больной ноге, он долго не мог приспособиться, а потом нашёл выход из положения. Ручки бидона располагались как раз на той высоте от пола, которая отцу была удобна. Он поднимал ногу, ставил на ручку, как на подставку, и зашнуровывал ботинок.
Теперь бидон стал чуть ли не самой необходимой вещью в доме.
Впрочем, вещью мне его называть не хочется. Это был друг, рядом с которым я столько раз сидела под ёлкой, и верный помощник моего отца, в течение многих лет подставлявший ему своё надёжное плечо. Как и положено верному другу и помощнику.
Tags: Евпатория, Лукоморье, детство, мелочи жизни, семья, фото
Subscribe

  • Графин

    Этот рассказ - ещё одна глава воспоминаний о прошлом Зинаиды Стефановны, члена нашего литературного клуба при библиотеке. Другие главы из её…

  • Достопримечательность

    Искала я в сети материалы о некоторых достопримечательностях Ростова и случайно наткнулась на интересный материал об одном здании, а точнее сказать,…

  • Мои предки-старообрядцы (окончание)

    II. Старообрядческое кладбище И вскоре пошли одно за другим письма от Галины с фотографиями… старообрядческого кладбища! Оказывается, Галина,…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 32 comments

  • Графин

    Этот рассказ - ещё одна глава воспоминаний о прошлом Зинаиды Стефановны, члена нашего литературного клуба при библиотеке. Другие главы из её…

  • Достопримечательность

    Искала я в сети материалы о некоторых достопримечательностях Ростова и случайно наткнулась на интересный материал об одном здании, а точнее сказать,…

  • Мои предки-старообрядцы (окончание)

    II. Старообрядческое кладбище И вскоре пошли одно за другим письма от Галины с фотографиями… старообрядческого кладбища! Оказывается, Галина,…